Мастера особых поручений  - Дарья Кузнецова

— Молодец, — улыбнулся Грай и щелкнул девушку по носу. Вернее, попытался щелкнуть, она отшатнулась, ответила сердитым взглядом. — Пойдем, проконтролируешь сборы.

Факт работы Даршарай на Тайную канцелярию, мягко говоря, не афишировался. Ее отлучки объяснялись поездками к больной родственнице в Баладдар, в поместье к Анагорам или к подружкам по пансиону — в котором, насколько знали городские знакомцы девушки, она получала образование. Конечно, при желании было не так сложно выяснить, что никакого пансиона в жизни Дай не существовало, но абсолютному большинству хватало и этого объяснения.

А вот о том, что девушка на самом деле перевертыш, в столице знали кроме нее и Грая двое: Ильнар Тавьер и бывший наставник-напарник Даршарай. Этот козырь берегли с особым тщанием, и теперь, похоже, пришел момент его разыграть.

Сборы много времени не заняли: все же не на край света уезжала, во дворец, при необходимости за чем-то можно послать слугу. Но этого времени Даршарай хватило, чтобы привести в порядок мысли и успокоиться, в очередной раз отругав себя за глупую вспышку. Она ведь умела держать себя в руках, не реагировать на подначки, но… это же Грай! Против него ее выучка не помогала, а злиться на это уже не было сил.

Скорее, размышления о маге вызывали тоскливую досаду, поэтому девушка старалась их избегать.

Улицы Глоссы; старое кладбище

— Опаздываешь, — попенял Ильнар чуть растрепанному от бега помощнику и, в последний раз затянувшись, бросил окурок на аккуратно подстриженный газон. Повинуясь легкому магическому посылу, трава и земля расступились, устраняя это безобразие.

— Извини, пришлось принимать доклад, — раздосадованно ответил Лавиль. Исчезновение окурка он сопроводил недовольной гримасой и заметил: — Бросил бы ты это гиблое дело. Уже зеленый весь.

Мужчины быстро зашагали через дворцовый парк.

— Мал еще, начальству указывать, — беззлобно проворчал Тавьер.

— Тебе любой целитель скажет, что это вредно.

— Вредно не спать по трое суток. На таком фоне курение — мелкая досадная неприятность, — продолжил безопасник. — Тебе не надоело меня каждый раз попрекать?

— Я не попрекаю, я пытаюсь достучаться до твоего здравого смысла. Это вредно и отвратительно пахнет.

— Зато помогает сосредоточиться и прочищает мозги, — возразил Ильнар. — Оставь уже мою вредную привычку в покое. Есть какие-нибудь новости по делу?

— Пока глухо, — устало вздохнул Ондар. — Работаем. Чего от тебя хотел Саварди?

— Да он, по-моему, сам толком не понял. Орал, размахивал своими боевыми магами, обвинял в том, что я похитил королеву и запер ее в покоях. Похоже, Грай несколько перестарался с охранными чарами, а сам умчался, оставив Олиру без присмотра. Кстати, о боевых магах. Откуда у Саварди взялся второй огневик? Его лицо показалось мне знакомым.

— Пару месяцев назад прибыл из Урелея,^[24] приходил регистрироваться, ты мог его видеть. То ли Гавер, то ли Кавер, не помню точно, какая-то очень простая фамилия. Из целевиков, честно отслужил положенный после учебы срок, потом еще полтора года служил с наградами и благодарностями, а недавно устал от границы и подался в столицу за лучшей долей.

— Откуда знаешь и почему запомнил? — заинтересовался Ильнар.

— Было мое дежурство в приемнике,^[25] — легко объяснил Лавиль. — А запомнил… Маг действительно сильный, неглупый, я звал к нам — сказал, хочет отдохнуть от устава, но заверил, что будет иметь в виду мое предложение, если ничего больше не найдет. Надо думать, Саварди платит ему достаточно, чтобы не смотрел в сторону Тайной канцелярии.

— А работы немного, поскольку никому и в голову не придет покушаться на Саварди, — закончил за помощника Тавьер и хмыкнул: — Тоже, что ли, в охрану податься? Оставить все на вас с Граем…

— Ты нас этим пугаешь уже восемь лет, — невозмутимо заметил Ондар. — Смирись, наконец, с тем, что живым ты этот пост не оставишь.

— Оптимистично, — криво улыбнулся в ответ Ильнар. Но спорить не стал: зачем, если сам он сомневался в этом только из принципа. Просто потому, что… надо же человеку во что-то верить и на что-то надеяться, когда запас собственных сил на исходе!

За этим разговором маги миновали пустынный парк, белый от траурных полотнищ, вывешенных вдоль дорожек. Беспрепятственно прошли через изящную калитку в кованой и на вид несерьезной ограде — охраняла королевский дворец магия, а не высокие стены.

Полуденные улицы Глоссы выглядели странно и жутковато. Словно сам Могильщик накрыл город саваном, или как минимум среди жаркого лета столицу вдруг укутало тонкое снежное покрывало, не спешившее таять под солнечными лучами. И люди, опасаясь неведомого явления, старались лишний раз не выходить из дома.

Белое полотно закрыло витрины магазинов и стены зданий — на каждом окне трепетал символ скорби. Многие заведения даже здесь, на самых респектабельных улицах столицы, закрыли свои двери, а те, что работали, вряд ли могли получить приличную выручку. Закрывались вроде бы в знак траура, но по факту людей тревожило собственное будущее, а не смерть короля как таковая, и им просто было не до развлечений. Город ждал новостей, потрясений и последствий катастрофы, и усиленные патрули, один за другим тревожившие неестественную тишину, не добавляли жителям уверенности в завтрашнем дне. Особенно патрули в армейской форме.

Траурные ленты на рукавах стражников и в гривах лошадей заставляли немногочисленных прохожих творить охранные знамения, отгоняющие Белого и его слуг.

— Ты так и не объяснил, куда именно мы идем, — сказал Лавиль. — Не проще было взять мотор?

— Тут недалеко, — отмахнулся Ильнар. — Честно говоря, я просто хотел немного проветриться. Да и не любят они технику…

— А куда именно, увижу сам?

— Да уж мог бы догадаться. Где еще искать смертников, как не у ног Могильщика?

— Старое кладбище? — Брови Лавиля озадаченно выгнулись. — Или храм?

— Храм на старом кладбище. Насколько я понимаю, эти ребята не очень-то довольны современной тенденцией безвозвратно уничтожать тела мертвецов.